?

Log in

No account? Create an account
 
 
04 May 2011 @ 12:15 pm
Интервью со Светланой Бень («Серебряная свадьба»)  
Мы сидим в полуразрушенном вестибюле бывшего кинозала дворца культуры завода "Ростсельмаш". Когда-то здесь был элитарный киноклуб, потом шикарный бар под названием "Биг-саунд" - с зеркалами, дорогими напитками и мужским стриптизом. Сейчас от былой роскоши остался лишь остов барной стойки. На барную стойку можно взобраться с ногами и тогда есть шанс, что ты увидишь, что же происходит на сцене.
Кинозал - оплот некоммерческой музыки в Ростове. Здесь выступают те, кто никогда не появлялся на экранах "зомбо-ящиков", о ком не пишут в массовых изданиях.
Тем не менее герои культурного андерграунда могут собрать полный зал
На концерте «Серебряной свадьбы» свободных мест не было.


- Вам никогда не хотелось выступить, скажем, на первом канале российского телевидения?
- Конечно же... нет...
- Тем не менее на каком-то из центральных каналов я слышал вашу песню. В каком-то сериале.
- Просто наши песни использовались в фильмах. Но мы в них не примали участия.
- А что это были за фильмы?
- Один назывался "Реальный папа", другой - "Жизнь взаймы". В последнем фильме мы снимались в маленьком эпизоде. Для нас это было веселое приключение. Это был день рождения нашего бассита. В парке культуры, в Минске снимался этот эпизод. Мы играли группу, которая играет в кафе. Было очень весело. Мы были пьяны и востороженны.
- Это было проявление вашего энтузиазма, или вы снимались в кино ради денег?
- Конечно, ради денег. Иначе, зачем это нужно.
- А как зовут вашего гитариста?
- Уильям Габбс.
- Как раз хотел спросить, кто выбирал имена вашим музыкантам?
- Никто. Так и есть.
- И в паспорте так записано?
- Да.
- И Амадей - тоже настоящее имя?
- Амадея у нас нет. Есть Вольфганг.
- Как же нет Амадея? Вот читаем - Вольфганг Амадей Туборг.
- Мы ничего не придумывали. У нас такие имена.
- И между собой вы тоже называете его Туборгом.
- Да.
- А он вас как называет: Светланой или Бенькой?
- Бенькой.
- Вот вы сказали, что не хотели бы появляться на первом канале. А какую цену, на ваш взгляд, надо заплатить музыканту, чтобы попасть туда? На какие компромиссы надо пойти, чтобы попасть в раскрутку?
- Не знаю, нам это не интересно. Ничего целенаправленного мы предпринимать не будем.
- А не целенаправленно?
- Нет.
- На мой взгляд, вы самая популярная группа из самых неизвестных.
- Нам этого достаточно. Мы не стремились ни к какому статусу. Мы стремились просто играть музыку.
- Я обратил внимание, что тексты, которые исполняет группа, существовали и раньше. Но год образования группы 2005.
- Некоторые песни были раньше, до группы.
- То есть, вы писали, писали стихи...
- И песни... А потом мы прыгали с парашюта, и в прыжке познакомились с Джорджем Пуншем, который играл на банджо. Меня привлекла его манера прыгать с парашютом с банджо в руках. Мы спустились и прямо на аэродроме сочинили нашу первую музыкальную композицию под названием "Песенка про коня". Все остальные музыканты присоединились к нам: кто на автомобиле, кто на аэроплане, кто на бумажном кораблике.
- То есть, вы сошлись в одной точке пространства?
- Мы сошли с ума.
- В одной точке?
- Да.
- И это был 2005 год?
- Да.
- А как о вас узнали на международных фестивалях?
- По интернету. Но мы сами ничего не выставляли. Это сделали люди, которым понравилось, то, что мы делаем. На самый маленький концерт приходит какое-то количество людей, которым нравится происходящее на сцене. Эти люди приходят с телефонами. Или видеокамерами. Или просто с открытым взором. И потом они выкладывают записи в ЖЖ. Этим людям доверяют их друзья... И уже они приходят на следующий концерт. И так далее. И так нас услышали в зарубежных странах.
- И как вас там принимают?
- Восхитительно.
- Реагируют на музыку? Или на ваши концерты приходит русскоязычная публика?
- Всякая бывает публика. Но по большому счету, это местная публика. С небольшим процентом эммигрантской. Но они реагируют на все вместе. На энергетику. Ведь считывается все вместе - движение, пластика, мимика, использование различных предметов, истории, о которых они смутно догадываются. Гармония между названием и происходящим на сцене. Потому что называние песни мы всегда переводим на язык той страны, где выступаем.
- В Германии, как я понимаю, вы ставили спектакль...
- Вместе с группой друзей-кукольников мы делали спектакль... Под названием "Черви"
- А я видел упоминание о "Чуде святого Антония" по Меттерлинку.
- Это мой студенческий спектакль, с которым я ездила на некоторые фестивали.
- У вас остается время на театр?
- Нет. Я сейчас занимаюсь гастролями и музыкой.
- В Википедии в разделе "Серебряная свадьба" есть глава "Города выступления". Ни у кого больше такого не видел. У вас ограничен круг городов выступления?
- Я очень смутно представляю, что такое википедия.
- А я вам принес показать. Вот смотрите - история, герои, репертаур, города выступления...
- Не знаю, я не слежу за этим.
- Тут как одно из ваших достижений записано "Бенька перед одной всемирной гастролью успела поучаствовать в арт-проекте, ее валенки были сделаны скорее на советский, нежели французский манер".
- Я "апгрейдила" валенки... Всем выдали пару валенок и с ними надо было что-то сделать. Я сделала маленький спектакль на десять минут о том, что один валенок - это домик, в котором живут бабушка с дедушкой. В валенке загоралось окошечко, открывалась дверца и маленькие сандалики выходили оттуда - в большой мир. Сначала они еще прятались в этом валенке от снега и ветра. А потом уходили... А из второго валенка был сделан фотоальбом бабушки и дедушки.
- Ваших бабуши и дедушки?
- Да.
- А кто они?
- Фантастические люди.
- Но у них наверное была и какя-то земная, нефантастическая история.
- Я думаю, что их земная история слишком типична для людей их поколения, а неземная история - чрезвычайно волшебная. Это мужественные и много претерпевшие люди.
- А что с родителями?
- Родители - медицинские работники. Они прекрасны. Мой папа - дед Мороз.
- Кто, кто?
- Дед Мороз. Он был дедом Морозом все мое детство, таким и остался для меня.
- Он был только для вас дедом Морозом?
- Нет, для многих детей.
- Можно сказать, что вы покорили Россию, Украину, Белоруссию. Какие дальнейшие планы?
- Космос.
- А в Америке уже бывали?
- Нет... Мы много путешествуем, но каких-то особенных мечтаний у нас нет. Мы мечтаем скорее оказаться дома. Мы уже соскучились по дому. Но с удовольствием поедем в любой город, куда нас позовут.
- Вы в Витебске, наверное, легендарная группа?
- Нет, мы нигде не легендарная группа. Мы свое, очень собственное кабаре. Очень свое. И нас трудно отнести к какой-то нише. Стилистически и жанрово. Мы не метим в какие-то легенды. Мы хотим радоваться сами и радовать других. Тех, кому это нужно. Только им. Мы не хотим расширять этот круг. Мы не хотим, чтобы нас полюбили все.
- А кого вы считаете близким себе по духу в музыке. Может быть, Vermillion lies из Америки?
- Я слышала эту группу. Мы вместе с ней делали один проект. Они мне очень нравятся. Но, наверное, мы очень разные... Душевно. Я не могу назвать группу, которая была бы нам стопроцентно родственна.
- А как двоюродный брат?
- Любой европейский или американский кабаре-бенд, взрощенный на европейской культуре.
- В позапрошлый свой приезд в Ростов вы исполняли песни Сергея Тимофеева...
- В Ростове нам показали эти песни, они нам понравились, и мы их исполнили.
- То есть, своим ходом до Белоруссии они не дошли?
- Потом, когда мы об этом рассказывали, оказалось, что их знают во многих городах. И в Белоруссии тоже знают. Но круг этих людей не велик... Во времена без интернета субкультуру очень трудно было распространять.
- А вы себя считаете субкультурой?
- Да, мы себя так чувствуем.
- Принадлежность к субкультуре налагает некоторые особенности на образ жизни.
- Мне трудно представить, какие особенности...
- Субкультура, связанная с "Пекином", включала в себя загулы с бесшабашными поступками. Я уже не говорю, про большое потребление алкогольных напитков. Вы совершаете неразумные поступки? Вот вы прыгали с самолета. На мой взгляд, это неразумно...
- Я не знаю людей, которые совершали бы только разумные поступки... Степень неразумности у нас высока... Но проиллюстрировать на примере я этого не могу.
- Я прочитал, что у вас много стихов с нецензурными выражениями... Но сколько я не искал в интернете, нашел только одно нецензурное...
- Вы знаете, я как-то не размещаю свои стихи в интернете, я не считаю, что это должно быть чьим-то достоянием.
- А зачем же вы их тогда пишите?
- Так получается... Я размещаю стихи в интернете или печатаю, только если кто-то другой настоит на этом и сам же этим займется.

P.S. (От Беньки)

Здравствуйте!Я прочитала интервью. Не знаю, если вас устраивает такая несколько
рубленная форма моих ответов, то и хорошо. Меня она не смущает. хотя
получается , что отвечает такой весьма недружелюбный и закрытый
человек. Но может это и хорошо. Чтоб без соплей. Я бы добавила только,
что история Сергея Тимофеева меня лично очень потрясла, мы посмотрели
кино о нем и очень впечатлились. Потом у нас появилась песня
"Скок-Поскок" про смерть на куриных лапках, которая прыгает за поэтом,
готовясь его схватить, но в самую последнюю минуту поэт пришибает ее в
углу тряпкой и уходит, пошатываясь от бутылочки винца по прекрасным и
несуразным делам своим. Эта песня-мечта. Мне хотелось бы, чтобы именно
так завершилась история с Тимофеевым. Она ему посвящается полностью.

 
 
 
Небритый Пася, человек с мусорозаводаpasya on July 3rd, 2011 11:15 am (UTC)
Серёж, это Пилипенко пишет: утащила с благодарностью - http://www.rostovnews.net/2011/07/03/serebryanaya-svadba-o-rostovskom-pekine-rou-rou/